|
Сергей Шаргунов: Все только начинается. Начи-нае-ца
- Сергей, вы молоды, но уже довольно известный писатель. Ваши книги переведены на ряд европейских языков. Скажите, легко ли вам было в самом начале вашего творческого пути? Какую вы можете вспомнить свою самую первую литературную победу?
- Писать я научился раньше, чем читать. Брал книги и перерисовывал буквы. Изначально звенел внутри какой-то инстинкт словесности. Ну а первый прорыв – публикация в «Новом Мире». В девятнадцать лет я направился в этот толстый журнал. С пачкой рассказов. И их вдруг напечатали. Второй успех – завоевание премии «Дебют». Узнал, что такая есть из рекламного ролика по ТВ. Послал им романтичную повесть в большом желтом конверте. И в двадцать один год премию заполучил, обойдя сорок тысяч соперников. А потом всё хлынуло – другие премии, новые книжки, публикации…
- Ваша повесть «Малыш наказан» была переведена на итальянский язык. Как вас восприняли заграничные читатели?
- Кажется, не хуже родных. «Малыш наказан» - история честной и отчаянной любви юного парня к обольстительной девице, всё - на закатном, сдобренном гарью, фоне летней Москвы. В Италии даже дипломные работы пишут по этой вещице, приходилось отвечать на вопросы студентов по мылу. Приезжала целеустремленно в Москву одна знойная итальянская барышня, моя фанатка, был польщен. Вот сейчас готовится к выходу сборник новелл в Америке. А отзывы российских читателей – отдельная песня. Если бы я коллекционировал все письма, долетевшие из разных точек страны, набралась бы веселая книжка.
- Расскажите о других своих книгах?
- Книги выходили в «Вагриусе», «Эксмо». Сложно отделаться парой фраз, но попробую. «Ура!» - это утопия, несколько китчевая попытка создать позитивного героя. Наблюдая вокруг распад и скуку, герой выбирает атакующий, бодрый, солнечный ритм. А вот «Как меня зовут?» - это книга о социальном тупике. Начинающий журналист под разными именами работает в противоположных масс-медиа. Под конец, отрекшись от суеты, устраивается почтальоном. «Птичий грипп» - сейчас этот роман появится в АСТ -гротескная галерея юных вожаков, они показаны в образах птиц, захваченных гриппозным жаром. Недавняя повесть «Чародей» о человеке, который обладал необычными свойствами: мог приносить окружающим добро и разрушение. И вот еще одна книга выходит, публицистическая, о происходящем в стране. Называется «Битва за воздух свободы».
- Сергей, нашим читателям было бы интересно услышать от вас историю вашего включения в федеральную тройку партии «Справедливая Россия» на последних выборах в Госдуму и последующего исключения? Вас включили, как было сообщено, «за умение хорошо выступать». Наверное, тяжело было, двадцатисемилетнему человеку, тем паче, писателю, перенести всю эту ситуацию, яркий взлет и мощный удар на взлете? Что происходило?
- Скажу честно, не очень просто. Но не сломался, а это главное. Действительно, пригласили в тройку. Когда я решил участвовать в СР, попадание в Думу мне было обещано. Я никогда не испытывал иллюзий по поводу партий в современной РФ, открыто обличал политический монополизм, смеялся над фарсом. Но ведь даже один в поле воин. Попадание в парламент, пускай серый и тусклый, это возможность продолжить борьбу на более значимом уровне, получить более высокую трибуну, не дать этим тушам покойно дремать… Для включения в тройку было как минимум три причины: возраст (человек нового поколения), творчество (писатель), организация (возглавляемое мной Движение «УРА», будучи вполне автономным, вызывало яркие информационные поводы федерального масштаба). Однако моя кандидатура не была согласована с Администрацией Президента. А там меня любить не могли как независимого человека. Я туда не бегал, был им неподотчетен. Тогда решили остановить, не пустить в парламент любыми способами. Как остановить? Стали скупать таблоиды, «Комсомолку», «Известия», где беспардонно лгать, по принципу: чем нелепее бред, тем легче прилипнет. Стали судорожно рыться по книгам, выискивать какие-то фразы, погано интерпретировать реплики персонажей, присваивая их автору. Патология, кстати, отлично характеризующая этих технологов, – примерно из той же серии, что их чудесный прием: закидывать оппонентов фалоимитаторами. Но гвоздем был политический донос. Обвинили в нелояльности к власти. Припомнили (и, кстати, наполовину присочинили) оппозиционные фразы, когда-либо произнесенные. Эти фразы легли на стол первому лицу, последовал приказ, чтобы я добровольно сошел с выборной дистанции. В те дни впервые, может быть, я так наглядно рассмотрел безумный лик Системы. Угрозы, запугивание, подкуп – это же просто невероятный абсурд! Я отказался вымаливать у власти прощение, признавать за собой несуществующую вину, как этого хотели высокие чиновники, ведь им доставляет удовольствие унизить, растоптать того, кто не их раб. Забавное было время, когда не гнешься под артобстрелом… В итоге этого противостояния воль – сдалась партия, и меня сняли с выборов. После чего я лишь вспомнил пастернаковское: «и пораженье от победы ты сам не должен отличать». Разумеется, я сейчас беспартийный человек.
- Чем бы вы занялись в Думе, кроме того, что обличали бы «политический монополизм»?
- Полагаю, был бы, не убоюсь пафоса, заступником. Защищал бы тех, кого незаконно преследуют, давят, запрещают. Помогал бы слабым, гонимым, третируемым. То есть делал бы то, что в традициях русской литературы.
- Чем сейчас зарабатываете на хлеб?
- Кроме книг и статей, есть два постоянных пункта дохода. Я литературный обозреватель «Независимой газеты», где выпускаю еженедельную полосу «Мечтатели» - там представлены свободные мнения новых литераторов по самым разным сущностным вопросам. И работаю на радио «Вести-ФМ», где каждый день рассказываю о российской культуре, о книгах и авторах.
- Последнее время в прессе вы постоянно выражаете надежду на изменения в российской политике, даже ввели такой термин: «Нацпроект Свобода». Недавние ваши комментарии (по поводу подачи Дмитрия Медведева на телевидении) были откровенно созвучны выступлениям руководителя Института современного развития Игоря Юргенса о «борьбе тьмы и света», журналиста Александра Будберга о прекращении «мобилизационной истерики», и других поборников оттепели…
- Речь идет об элементарном. Ничего сверхъестественного никто не предлагает. Собственно, этому и посвящена моя книга «Битва за воздух свободы». Нужно отказаться от патологии. Патология – это когда узкая компашка, прикрываясь постмодернистским симулякром «особого пути России», стала упоенно хулиганить, громить все живое, навязывать обществу тупую запредельную жуть. Россию стали настойчиво подталкивать к смысловому обмороку. За этими потугами циничных политтехнологов скрывалось абсолютное презрение к гражданам, которые, оказывается, не имеют права на информацию, а обречены на дичь пропаганды. И, конечно, был взят ревнивый курс на вышибание личностей. Россия – яркая страна, и строят ее личности, а не отряды заводных хунвейбинов из числа «наших», «ваших» и «чужих», у которых слепо горящие зенки и пустые черепушки. А стало торжествовать именно хулиганство: нагнетание неоправданной злобы, вопли из серии: «Кто не с нами – тот против нас». При этом было странно, с кем именно, с вами, и в чем? В том, чтобы маршировать, вопить и требовать расправ? Бюджеты выбивались под войну с мифическими «врагами престола», а на деле – под вытеснение всех, у кого есть самостоятельное мнение. Доходило и до уголовных деяний, когда нанятые люмпены в масках и с бейсбольными битами отправлялись колошматить своих ровесников «оппозиционеров». Обществу навязывалось чудовищное железобетонное упрощение, но с поправкой на бесстыдные менеджерские ухмылочки. Вот это и называется «гламурный фашизм».
Сегодня, как пароль, над страной летит: «Свобода лучше, чем несвобода». Исторически востребовано оздоровление ситуации. Вернуть азы конкуренции, дать пространство для осмысленной дискуссии, для соперничества идей. Никто не хочет потрясений. Гражданские свободы – это и есть залог отсутствия потрясений. Совершенно очевидно, что в смуте заинтересованы те силы, которые поняли, что время их одномерного убожества истекло, и теперь они начинают все наглее наезжать на президента. Оказывается, Медведева не так показывают по ТВ. Оказывается, у Медведева плохие пиарщики. Оказывается, только они, те, кто толкал Россию в муть опричного обморока, знают, как жить дальше и даже сочинили «Стратегию-2020». Кхм, как говорится, не смешите мои тапки…
И поэтому меня ничуть не удивила гулкая воронья злоба, с которой патентованные соловьи-политтехнологи, вдруг набросились на московского публициста Александра Будберга. В своих статьях и выступлениях он всего лишь призвал к элементарному здравому смыслу и отказу от сокрушительной истерии. В ответ последовала эта самая истерия.
Ходы сделаны. На круглом столе ФЭПа у некоторых златоустов пена выступила на губах от жажды монополизировать показ Медведева в новостях. Там же прозвучали открыто оскорбления в адрес президента. Думаю, птички не остановятся, и примутся откровенно гадить. Их задача принизить, лишить субъектности человека, с которым связаны сегодня надежды на оздоровление общества. Но за всей этой оголтелой тактикой очевидно – отчаянье проигравших. Свобода вступает в права. Хотя и побороться за нее еще предстоит.
- Чем сейчас занимается ваша организация, движение «УРА»?
- Я не участвую в организационной механике. Важно было после удара не дать движению исчезнуть, не допустить потерянности. Удалось без усилий. Все до единого остались верны. «УРА» - движение, которое вобрало большое количество творческих людей: журналистов, писателей, художников, музыкантов, и это определило оригинальный почерк. Горизонтальная структура. По всей стране происходят встречи, вечера, дискуссии, презентации книг, выставки, концерты. Бесперебойно работает сайт www.uragan.su. Плюс яркие театральные акции на улицах. Такой была акция: «Долой духоту!» в поддержку тенденций свободы, ее устроили мои сторонники в Москве, Рязани, Тамбове и Воронеже. Сам я в акциях участия не принимаю, но одобряю. Как мне кажется, выбрал наиболее точную форму присутствия в политике – выступления, комментарии, статьи…
- Сергей, а вы никогда не думали конкурировать с такими молодежными организациями, как «Молодая Гвардия Единой России» и «Наши»? Кстати, как вам название «Молодая гвардия»? Говорят, режиссер Сергей Герасимов, снявший одноименную ленту, ваш родственник…
- Конкурировать можно с тем, что самостоятельно, идет снизу, а значит, жизнеспособно. Беда этих одиозных движений, да и причина одиозности – в отсутствии там личностей. Это такое развращение малолеток, когда сбиваются ребята в плотные стада и их направляют топтать очередных «врагов». Нуль гражданской культуры, отсутствие индивидуальных мнений, оголтелая толпа, позорящая политические институты страны, которые она якобы оберегает… Видимо, такой вариант и устраивал создателей этих массовок. Сергей Герасимов, мой двоюродный дед, действительно, снял фильм «Молодая гвардия» по роману Александра Фадеева, который, к слову, был первым мужем моей бабушки, писательницы Валерии Герасимовой. И понятное дело, ничего хорошего, когда, уж извините, случайная шпана ворует выстраданное название, с которым молодые люди на смерть шли, сопротивляясь фашистам.
- Сергей, а есть ли шансы обрести популярность у оппозиционных движений молодежи?
- Настойчивая социальная и информационная маргинализация всех, кто смеет свое мнение иметь, ведет, увы, к смуте и остервенению в рядах оппозиционеров. Но я с уважением отношусь ко многих молодым ребятам, либералам и левым, которые были бы и эффективнее, и пригляднее, если бы их допустили к дискуссиям, к рычагам социального влияния. Это бы разрядило напряженность. Очевидно, что многие из них, искренние и образованные люди, принесли бы обществу гораздо больше пользы, чем злобные роботы и музейные балбесы, которых впаривают нам как «официозный молодняк».
- Вы женаты на известной писательнице Анне Козловой. Скажите, легко ли быть в союзе с другой творческой натурой?
- Мы очень разные люди, и психологически, и стилистически, по манере книг. Аня – яркий, талантливый человек абсолютно европейского склада. У нас растет сын Иван, и это прекрасно, и примиряет нас часто. Ваня радует. Недавно я сочинил ему стихотворение, сюжетное и из тех слов, которые в свои два года он знает хорошо. Ему понравилось. Выучил с одного раза!
- Вы пишите сейчас какую-нибудь книгу?
- Да, сразу две новых книги. Два романа.
- Какие у вас планы на будущее? Вернитесь ли в политику?
- Планы: больше, и, надеюсь, лучше писать, сейчас такая возможность представилась. Ждите новых книг. Вообще, в этой скоростной и ослепительной жизни я всегда был настроен серьезно. Всерьез быть в литературе. Если политикой заниматься – тоже всерьез, с крупными ставками, с принципами, но без маргинализма. Политика – это дело творческое. Возможность лепить историю, вырабатывать смыслы, защищать людей, определять дорогу, по которой двинет твоя страна. Я точно не стану отсиживаться в стороне от того, пока еще незаметного, конфликта «старого» и «нового», который уже начался. Надо преодолеть стагнацию, дать возможность личностям просто вздохнуть без подленького страха. И пора вспомнить о затоптанной роботами человеческой нравственности. Нравственность роботам незнакома. Так что, нужно очеловечивать страну. Вот вокруг этого и разыгрывается конфликт. Как там поется в хите? «Всё только начинается. Начи-нае-ца…»
The Moscow Post
|
|
|
|
Спокойной ночи, малыши!
Сегодняшний кризис больше принадлежит народной молве, чем теленовостям. И это придает ему мистическое измерение, наделяет иррациональным зерном. Кризис окружают тайны, шепотки и смута душ. Как некогда действия серийного маньяка (какого-нибудь «Спокойной ночи, малыши!», который в советские годы, позвонив в случайную дверь, с этой фразой колол шилом в глазок. Было ли это – неизвестно, пресса молчала, что только усиливало панический шум).
Вот и теперь новость о крутой расправе летит от двери к двери, из разговора в разговор, но образ пострадавших абстрактно-расплывчат, точно в страшилке. Или, наоборот, конкретно-выборочен, как если бы речь и правда шла о вполне определенном соседе по лестничной клетке, чей правый глаз проткнуло острие
|
|
|
