Сергей Шаргунов
сайт писателя

Роман с баррикадами

19 августа 2013

Интерес к политической теме в литературе идет по синусоиде. Последний всплеск случился четыре года назад. Тогда на волне мирового кризиса влияние левых идей росло как на дрожжах. Имена Захара Прилепина, Германа Садулаева, Сергея Шаргунова и их гуру Эдуарда Лимонова часто повторяли литературные критики. Даже «Русский Букер» присудили писателю Михаилу Елизарову (за роман «Библиотекарь»). Елизаров, старательно создававший репутацию политического экстремиста, на церемонию вручения явился в высоких ботинках военного образца и оборвал обратившегося к нему журналиста пародийным «Я вам не господин, господа все в Париже!»... Кураторы молодежной премии «Дебют» отмечали, что немалая часть опусов, присылаемых на конкурс молодыми да ранними, полна революционных идей.

Но постепенно все затихло. Протестное движение 2011—2012 годов, как ни странно, не повысило политический градус литературы. «Болотная» история определилась как бунт среднего класса, то есть креативных менеджеров, которых политические оппоненты справа и слева предпочитают называть офисными хомячками. Литературных последствий «болотный период» не имел. Так называемый креативный класс при всей своей креативности так и не создал пока собственной литературы. Не считать же таковой «Духless» Сергея Минаева — не слишком литературно изощренную исповедь кающегося менеджера?..

Поскольку новых кризисов и новых выборов (кроме мэрских) нам ближайшее будущее не обещает, выход в свет книги с резким и оглушительным, как выстрел над ухом, названием «1993» мало кто мог прогнозировать. Но такая книга вышла из-под пера Сергея Шаргунова — молодого писателя, уже успевшего выпустить несколько романов («Как меня зовут?», «Птичий грипп» и др.), наполненных громокипящими политическими идеями.

«1993» использует хорошо освоенную в русской литературе сюжетную модель: жизнь некоего семейства на фоне смены исторических декораций. Тут, конечно, нужно вспомнить и Толстого, и Шолохова. Причем к ситуации «Тихого Дона» роман Шаргунова явно ближе, поскольку описанная им семья раздираема политическими страстями вокруг «черного октября». Главные герои Виктор и Лена оказываются по разные стороны баррикад. Они почти не подозревают об этом, пока один из супругов не гибнет на глазах у другого во время уличных столкновений. Но не от пули снайпера и не от выстрела автоматчика, а от неожиданного инсульта: 40 лет, а нервы и сосуды ни к черту!.. И хотя невеселая жизнь этого вполне среднего семейства с постоянными ссорами и изменами была мукой для обеих сторон — это, как ни странно, не снижает, а лишь усиливает трагизм ситуации.

Неизбежен вопрос: почему именно сегодня Сергей Шаргунов написал свой «93-й год» — такой вариант названия явно ближе к авторской позиции, чем просто «1993». Сам Сергей ответил на этот вопрос еще в марте на круглом столе в рамках конференции «Пути России», где удачно проанонсировал новый роман. Дело в том, что 20 лет — это своеобразный юбилей того октября, когда произошла маленькая гражданская война в России. Пришло время переоценки событий, уверен Шаргунов. Ведь те, кто выводил людей к Моссовету вместе с покойным Егором Гайдаром (например, Глеб Якунин или Лев Пономарев), затем оказались отодвинуты в сторону и потому разочарованы не меньше своих оппонентов…

Быть может, внушенный политтехнологами сон слетит с обывателя, и неожиданно выяснится, что две стороны конфликта были просто двумя отрядами «партии власти», а развязанное ими братоубийство на столичных улицах — последней массовой битвой за раздел советского наследства. И как знать, не был ли разгон неуправляемого Верховного Совета РФ в 93-м началом движения к состоянию «взбесившегося принтера», в котором обвиняют сегодня Госдуму.

Итоги

 

Рекомендовать