Перейти к основному содержанию
Сергей Шаргунов
сайт писателя

Искренний и страстный

Судьбу Игоря Петровича можно экранизировать – захватывающая и трагичная. Сын советского разведчика, он ещё ребёнком дважды пересёк Атлантический океан. Под видом американцев они ехали с отцом по Берлину 33-го, где горел Рейхстаг.

А потом при живых родителях осиротел, их арестовали, а его в 41-м отправили в детский дом с суровыми порядками.

По его признанию, чувство мести переросло у него в желание кем-то стать и что-то сделать.

Окончив филфак Казанского университета, работал учителем средней школы. И опять же, по его признанию, быстро вошёл в конфликт с директором и учениками, от которых требовал самостоятельности со всей «детдомовской безжалостностью».

Это жёсткое требование самостоятельности от всех, и прежде всего от пишущих, стало сквозным в его мировоззрении. Но это и требовательность к себе – быть собой. Оттого он и состоялся и так интересен.

 Он рано стал писать. На семинаре молодых критиков Золотусского высоко оценил Корней Чуковский, захотел перевести его статью на английский и посоветовал бросить всё и заниматься только литературой.

Почти вся творческая жизнь Игоря Петровича связана с «Литературной газетой», где он редактировал отдел русской литературы.

Золотусский – блестящий и глубокий исследователь судьбы и творчества Николая Васильевича Гоголя. Гоголь захватил его, пленил, пьянил и изменил. Его Гоголь – сострадающий, исцеляющий смехом, приближающий к вере.

В литературе для Золотусского неразделимы смысл и мелодия, чистота слога и совестливость слиянны. Не случайно его вдумчивое обращение к Юрию Казакову, Константину Воробьёву, Юрию Домбровскому, Фёдору Абрамову, Валентину Распутину.

При этом Золотусский безжалостен, не считаясь с авторитетами, к очень многим – от современных литераторов до классиков (например, к Булгакову). Часто с ним хочется спорить, и это главный признак живого и яркого критика.

Он не раз называл себя критиком первого впечатления. А первое впечатление – детское, первозданное. Вкусивший печалей, сызмальства узнавший тёмную сторону жизни, Игорь Петрович способен видеть, ценить и защищать солнечную её сторону. Отсюда и его истовый отпор тому, что он именует нигилизмом. «Печатное слово сомневается во всём и не даёт читателю выхода», – не просто сожалеет, а обличает Золотусский.

Это по-прежнему по-молодому страстный и сильный автор. Упрямый, острый, несговорчивый, независимый, искренний. Таким и должен быть настоящий критик.