Сергей Шаргунов
сайт писателя

К юбилею Форума в Липках

Однажды я приехал в Липки первый раз, двадцатилетний. Зарегистрировался, бросил рюкзак в номер и спустился в холл. Из холла ступеньки вели вниз, там, на площадке, стоял зеленый стол для мелкого тенниса и валялись стопкой велосипеды. Я дал мелированной девице купюру, и вот уже, взяв за рога двумя руками, поднимал велик по ступенькам. Я выкатил его на улицу из стеклянных дверей. Было сумрачно и сыро. Миновал очередные ступеньки. Затем взгромоздился (низкое сиденье никак не вытягивалось), оттолкнулся ногой и, сгибаясь, покатил по аллее. 
Я катил среди окрестностей пансионата, как будто совершая нечто ритуальное. Вербовал эту местность, удалявшиеся кирпичные стены, голые кусты и черные деревья, неяркие фонари и тупой прожектор, трещины асфальта и даже морось, влетавшую за шиворот. Все и всех — в союзники! Что-то подсказывало: Липки надолго в моей жизни, буду здесь снова и снова, они мне помогут, но сначала надо как-то умилостивить эту территорию, уговорить, задобрить… Как? 
Не зная ответа, крутил мокрые педали. 
Силы переполняли, безумия хватало, поэтому я легко поддался странному порыву — катить куда-то сквозь нараставшую темень. Усиливался ветер, зарядил дождь. Мне бредилось, что мистически важно — достичь некой точки В и лишь после вернуться в А, то есть в пансионат, при этом ни разу не упасть, не свалиться на скользком и темном пути, и вот тогда-то в литературе я буду победителем. Где эта точка В и как я пойму, что ее достиг, оставалось тайной. Я выкатился за шлагбаум, из ворот, и попал на тяжелую и грязную земляную дорогу. Возможно, юношески волнуясь, я просто пытался смыться, и в том себе не признавался. 
Катить получилось исключительно по обочине: на границе дороги и леса. И все же катил — дальше, дальше… Кругом ни огонька. 
Санаторий “Липки” давно пропал за сгорбленной спиной велосипедиста, но время липкинских историй и встреч неотвратимо близилось. Мне еще предстояло открыть для себя оригинальных людей. 
…Взять хотя бы Романа. Насупленный, нелюдимый. Я познакомился с ним до Липок и был удручен его черствостью. Но когда в Липках мы наконец-то раздавили по сто, передо мной сидел остроумный чуткий человек с открытым разгладившимся лицом. 
В Липках мы пили с Илюхой, высоким и худым весельчаком. Он ходил, слегка подпрыгивая, и улыбался до ушей. Его строгая, скупая проза пахла смолой Алтая. 
В Липках деловито и легко расхаживала Лера — очаровательная и упрямая, с горящим взглядом то ли курсистки, то ли бомбистки. 
В Липках был северянин Дима, крупный блондин с широкими ноздрями. Вопреки внешности брутального здоровяка он сочинял изящную узорчатую литературу. Однажды курили. 
— Хреново, да? — Вздохнул северянин. — Хреново курить с похмелья? А хорошо, что хреново. Ощущения есть! Потом записать можно, как хреново было… 
В Липках был ростовчанин Денис — широкое скуластое лицо и плутоватый взгляд. Славный и надежный, он говорил короткими фразами с уклоном в афоризмы гулким голосом железного человека. 
В Липках на пороге стеклянных дверей за перекуром мы первый раз увидели друг друга с Женей (Захаром). Он показался мне жестким и сухим, “пацан из пустыни”. Но, помню, через минуту после знакомства я отправился в бар, взял пиво и один над пеной принялся думать о будущей судьбе этого нового знакомого. 
Там же тем же вечером в баре в Липках под раскаты популярной мелодии я познакомился с Алисой, ей подходило красивое слово “черкешенка” (“черкесами” в старину называли всех горцев). Горделивая, плавная, она всегда находилась в некотором чудесном полусне, как сказочная принцесса, только что воспрянувшая из хрустального гроба. 
А Василина? А Ильдар? А Димон Орехов? Сколько разговоров, откровений, споров, радостных минут, новых имен и новых текстов подарил этот, прости, Господи, санаторий с названием, годным для позднесоветской комедии. Сколько всего великолепного! За что, конечно, спасибо организаторам — умным и добрым. 
…Но я пока еще не говорил “спасибо”, а катил в дожде и мраке по краю леса. Ведомый неведомым зовом. В загадочный пункт В. 
Кусок леса прервался, и я выехал к магазину. Бросил велосипед. Зашел. Сверкающий ряд бутылок. Вон оно чего! 
Взяв парочку бутылей вместе с пакетом, я отправился обратно — покорять Липки. 
Почему-то назад ехалось гораздо быстрее. 

 

Рекомендовать