Сергей Шаргунов
сайт писателя

Всегда бессильный виноват

11 января 2020

Объяснения чиновников по челябинской истории (через подчинённые им структуры и СМИ) предсказуемы.
«Дом сгорел сам», — объявили чуть ли не в первые минуты, как стало известно о случившемся.
«В сарае, где курицы, оставили на ночь неисправный обогреватель», — так объясняют то, что дом загорелся снаружи.
«Никакого обогревателя у нас в курятнике не было», — ответила мне овдовевшая Наталья Анатольевна, буквально убитая горем, убеждённая, что это не «совпадение», а поджог.
Её, не пьющую и не курящую, добропорядочную больничную санитарку, уже записали в асоциальные алкоголички — нужно же как-то оправдать изъятие детей.
И пускай соседи говорят, что это была приличная достойная семья.
Чиновники не отступят.

Дело не в Челябинской области. Такое возможно в любой другой.

То же самое было в отношении Ирины Байковой в Алтайском крае, когда трёх дочерей отобрали за бедность, а в ответ на возмущение матери (в итоге победившей) — шельмовали её, оклевытывали, даже прессовали ОМОНом.
То же было со священником Андреем Ореховым из села Хороль Приморского края — внаглую забрали детей и избили, когда не смирился (но и он всё-таки победил).
То же даже в Москве, где в конце года наконец-то пересмотрено решение разлучить Ирину Королёву с её шестилетним внуком Денисом Резаповым, которого она воспитывала в одиночку. Претензий никаких к воспитанию не было. Повод отправить в детдом мальчика — бабушка сдавала его квартиру, а деньги тратила на оплату коммунальных услуг.

У чиновников любого уровня один метод: всё отрицать и обвинять самих жертв. И дожимать их.
Ведь то, что волнует всякого начальника: не потерять должность.
А все начальники снизу доверху связаны между собой.
Тронешь звено — громыхнёт цепь.
Проблема в системе, где даже неплохие люди играют по общим правилам, прикрывая плохих.

Сейчас главное — спасти жизнь Лизы Кудрявцевой, которую довели до предсмертного истощения. В интернате, где она находилась, в штате даже нет постоянного врача.
Её перевели в Челябинск, в нормальную больницу — благодаря нашему общему неравнодушию. Она в тяжёлом состоянии, у неё пневмония, кормят внутривенно.
И квартиру ей обязаны предоставить, выполнить решение суда.
И пусть прекратят тратить государственные ресурсы на борьбу с несчастной рыдающей тётей, а лучше помогут.
Помогут тёте и племяннице. И я помогу. И мы, те, кому не всё равно, поможем. Новый дом им построим.

Кстати, неожиданная победа над ювеналкой в Симферополе.
Не успел я написать запросы и сделать несколько звонков, там чиновники с каменными лицами вдруг отступили.
Поэтому сообщаю уже не о трагедии, а о счастливом финале.
Из Симферополя мне пришло письмо сироты Яны Коленко.
«Я являюсь лицом, оставшимся без родительского попечения, проще говоря, ребёнком-сиротой. Кто может защитить сироту?! Вот моя история: находясь в Симферопольском приюте для несовершеннолетних, я познакомилась с семьёй Серёгиных. Они были добры ко мне, как никто за всю мою недолгую жизнь.
Меня душат слёзы отчаяния и бессилия. Семья Серёгиных согласилась оформить надо мной опеку и дать мне шанс на нормальную жизнь. Да, я подросток, таких редко берут в семьи, в таких как правило никто не верит и мы никому не нужны. Но мне очень повезло, у меня появился шанс жить в семье, как все дети.
Но!!! Начальник опеки отказала семье Серёгиных в опеке надо мной!!! Она дала им заключение о невозможности быть опекунами, якобы у них «нет опыта», хотя в их семье воспитывается четверо приёмных детей, своя дочь-подросток, жилищные и материальные условия им позволяют оформить надо мной опеку!!! Пожалуйста! Я умоляю помочь мне, маленькому бесправному человеку! Я на коленях умоляю вас о помощи! Я просто не переживу расставание с людьми, которые заменили мне родителей! Я погибну! Сжальтесь! Пришлите сюда какую-то комиссию, я не знаю, как это правильно сделать, но Вы-то наверняка знаете! Я хочу жить в семье! Каждый ребёнок имеет право жить и воспитываться в семье!»
Яна была у Серёгиных с сентября.
На Рождество её, кричащую и плачущую, забрали и поместили в приют.
На каком основании? Такое ощущение, что просто назло, чтоб показать власть, причинить боль. Хотя мне пишут и про финансово-имущественную подоплёку.
А через пару дней случилась победа!
Испугались — и Яну вернули. Пока на полгода.
Дай Бог, всё у неё будет хорошо.

Надо прорываться к правде и правду защищать.
Пускай бывает трудно и опасно.
Сила — в этой правде бессильных.

Рекомендовать